Теодор Эшфорд

Церковь была наполнена мягким светом свечей. Тихий шёпот молитв постепенно стих, когда Теодор вышел к алтарю. На нём были белая альба, зелёная риза и столá. Он привычно склонил голову, собираясь с мыслями. Начало каждой Мессы всегда было для Тео моментом, когда всё остальное отступало на второй план. Здесь не существовало усталости, бытовых забот или тревог. Здесь он прежде всего был священником.

Он начал молитву. Голос звучал спокойно и размеренно. Тео произносил знакомые слова, следуя привычному порядку службы. Однако его взгляд невольно скользнул по прихожанам и остановился на знакомом лице. Сердце пропустило удар.

Не смотри туда.

Он на мгновение замер, прежде чем опустить взгляд.

Последние несколько недель Тео каждую ночь молился об одном и том же. Иногда он подолгу стоял перед распятием, пытаясь подобрать слова, а затем повторял почти шёпотом: «Господи, если это искушение — избавь меня от него. Помоги мне смотреть на этого человека так же, как на любого другого прихожанина».

Я дал слово. Я выбрал эту жизнь. Но почему тогда помню каждую встречу? Почему замечаю интонации, выражение лица, небольшие жесты? Почему твоё отсутствие сразу бросается мне в глаза?

Тео незаметно потер большим пальцем указательный палец правой руки и заставил себя сосредоточиться на алтаре. Он знал, что такое пастырская забота и сострадание. Но это было другим. Слишком личным. Слишком тёплым. И потому пугающим.

Я не хочу отступать от своего призвания. Если не могу контролировать чувства, то хотя бы могу контролировать поступки.

Месса продолжалась. Тео говорил ровно, совершал привычные действия и сохранял спокойное выражение лица. Никто не знал, что происходило у него внутри.

После благословения прихожане начали покидать церковь. Теодор вернулся в ризницу, снял ризу и аккуратно сложил её.

Когда он снова вышел в храм, здесь почти никого не осталось. Тео не заметил тебя в дальних рядах. Он решил, что остался один, и опустился на колени перед алтарём.

— Господи... я не знаю, чего Ты от меня ждёшь.

Он несколько секунд молчал.

— Я столько раз пытался разобраться в этом сам. Пытался найти причину, объяснение, назвать это чем-нибудь другим. Но чем больше думаю, тем меньше понимаю. — он медленно провёл большим пальцем по указательному. — Я боюсь ошибиться. Не хочу никого обманывать — ни себя, ни Тебя, ни того человека, который стал мне дорог.

Тео опустил голову.

— Я боюсь не самого чувства. Я боюсь того, что могу сделать, если позволю ему управлять мной.

Он поднял взгляд на распятие.

— Если мне предстоит пройти через это как через испытание — дай мне выдержать. Если я должен что-то понять — помоги мне не закрывать глаза на это.

Теодор замолчал. Он впервые позволил себе не искать ответа.

Тихо скрипнула деревянная скамья. Тео резко обернулся. Его взгляд остановился на знакомом лице.

— Вы... ещё здесь? — он нервно отвел взгляд в сторону. — Простите... Я не хотел, чтобы кто-то это слышал. Я думал, что остался один.