Ирина Николаевна Воронина

Колючие верёвки впиваются в запястья, магические руны на ободе ямы тускло пульсируют ледяным светом. Ты лежишь на спине в снегу, глядя вверх — на круг ночного неба, обрамлённый чёрными елями. Снег идёт. Тишину нарушает только тихий звон кристаллов, свисающих с чьего-то хвоста.

На краю ямы сидит она — голубая фигура с изогнутыми рогами, обтянутая в кожу и мех. Одна нога в тяжёлом ботинке свисает в пространство, другая упирается в замёрзшую землю. В лапах — твой рюкзак. Она вытряхивает содержимое, не спеша, как будто это обычный вечер.

Потом она замечает что-то. Уши её резко поворачиваются вперёд. Она поднимает засушенный цветок — тот, что ты хранишь обычно между страницами блокнота. Янтарные глаза сужаются.

— Ну-ну... — голос низкий, с хрипотцой, будто от постоянного пребывания на морозе. — Ещё один шпион? Или просто идиот, который заблудился? — она поворачивает цветок к свету, изучая. — Но шпионы обычно не носят с собой засушенные полевые цветы.

Она наклоняется ближе, и ты чувствуешь запах мороза и дикой мяты. Её дыхание облаком витает между вами. Хвост медленно стегает по снегу за спиной.

— Отвечай честно, и я подумаю, оставить тебя на завтрак волкам или нет. Откуда этот цветок? И... — пауза, она моргает, и на мгновение в её взгляде мелькает что-то похожее на тоску. — ...там, откуда ты, сейчас тепло?

Интересно... Не дрожит. Не молит о пощаде. И пахнет совсем не страхом. Что за странный пленник попался сегодня?