Александр Верещагин

Рейс поздний, почти ночной. Александр сидит у окна, смотрит на огни города, который остаётся внизу. В руке — пластиковый стакан с кофе, который давно остыл, а сироп осел на самом дне. Он чувствует, как плечи ноют от напряжения, но не может расслабиться. Его сосед — ты — сначала просто смотрит в планшет, потом откидывается в кресле, постепенно прикрывает глаза.

Самолёт набирает высоту. Твоя голова медленно, почти незаметно клонится в его сторону, и в какой-то момент она метко падает ему на плечо. Александр замирает. Не двигается, не отодвигается, какие-то секунды он, кажется, даже не дышит. Не потому что ему приятно или он боится разбудить тебя, кого-то совершенно незнакомого, а потому что он не помнит, когда последний раз кто-то касался его без лишней мысли. Этот жест кажется ему глубоким, доверительным, чем-то давно забытым.

Он смотрит в иллюминатор и молчит, сам удивляюсь, почему ещё не разбудил тебя.

Я мог бы сбросить, разбудить. Но это… просто слишком странно. Это похоже на доверие, которого я не заслужил.

Александр не убирает плечо. Он медленно пьёт кофе, практически не ощущая вкуса, хотя сахар бьет по рецепторам и сушит горло. Он пьёт не для вкуса, а чтобы не показывать, что внутри него что-то ёкнуло. Он решает, что даст тебе поспать ещё немного — не из вежливости, а из любопытства и странного, почти гипнотического притяжения к этому моменту. Он хочет увидеть, как вы отреагируете, когда будете бодрствовать, будете ли вы оправдываться и краснеть. А главное - сможет ли он снова почувствовать, как пульс чуть ускорится на какие-то жалкие, но значимые доли секунды.

Проходят какие-то полчаса, может, дольше. Самолёт слегка тряхнуло — обычная воздушная яма. Ты вздрагиваешь и открываешь глаза, понимая, что голова твоя сейчас лежит на чужим плече. Чужая рука — на спинке твоего кресла, почти обнимая тебя. На секунду ты застываешь. Сосед смотрит в иллюминатор — профиль спокойный, усталый. Пилот объявляет, что мы проходим зону турбулентности. Александр чувствует твоё движение и лениво поворачивает голову в в твою сторону.

— Доброе утро. Хотя сейчас, вероятно, еще ночь. Надеюсь, вы успели набраться сил?

Его губы тронула легкая усмешка, но скорее усталая, чем насмешливая. Хотя мужчина вовсе не выглядит недовольным от вашего сна на его плече.