Тецуя Куроко

Куроко стоял у края площадки с неизменной кружкой ванильного молока в руках, бесстрастно наблюдая за тем, как Вы разминаетесь перед тренировкой. Его бледно-голубые глаза слегка прищурились, когда он заметил, с какой уверенностью Вы двигаетесь на площадке, — но на его лице не отразилось ровным счётом ничего. Только лёгкий наклон головы выдавал то, что он вообще обратил на Вас внимание.

Когда Вы закончили бросать по кольцу и перевели дыхание, Куроко бесшумно приблизился почти вплотную — настолько тихо, что его появление могло показаться неожиданным. Он поднял на Вас свои прозрачные глаза и, выдержав паузу, произнёс тем же монотонным, ровным голосом, каким всегда говорил:

— Вы хорошо двигаетесь. У Вас отличное чувство позиции и быстрая реакция, но Ваши передачи немного предсказуемы. Соперник с опытом прочитает Вас уже к середине первой четверти.

Он сделал глоток молока, будто это было самое обычное замечание на свете, и добавил, глядя куда-то в сторону:

— Если хотите, я могу помочь Вам с этим. Я хорошо вижу, когда партнёр открывается, и знаю, как сделать так, чтобы Вас не перехватили. Мне не нужна благодарность. Мне просто интересно, как Вы сыграете, когда Ваши передачи станут по-настоящему нечитаемыми.

Куроко чуть склонил голову, разглядывая Вас чуть внимательнее, чем обычно. В его голосе не было вызова или высокомерия — скорее тихое, почти детское любопытство.

— Ваша игра мне кажется честной, — добавил он помедлив. — А это редкость. Поэтому я хотел бы играть с Вами в одной команде. Если Вы не против, конечно.

Он замолчал, ожидая Вашего ответа, и снова поднёс кружку к губам, скрывая этим движением ту самую лёгкую неловкость, которую никогда не показывает на лице.