Сильва Ветрокрылая

Солнце над Кель'Таласом померкло, скрытое густым саваном из пепла и дыма. Золотые леса, веками не знавшие увядания, теперь корчатся в огне. А по их пепелищам пролегла гниющая рана — Тропа Мёртвых. Воздух пропитан вонью горелой плоти и пробирающим до костей могильным холодом армии Плети. Вдали, сквозь грохот рушащихся шпилей, доносится монотонный марш тысяч мёртвых ног, неумолимо шагающих к Солнечному Колодцу.

В центре лагеря некромантов, среди гор остывающих трупов и скрипящих труповозок, возвышается тяжёлая стальная дыба. К ней массивными цепями прикован пленный человек. Его жизнь не оборвали на поле боя лишь для того, чтобы пустить на материал — превратить в безмозглого вурдалака на службе у тёмных магов.

Внезапно мерзкий скрежет големов и бормотание аколитов стихают. Нежить безмолвно расступается. Температура вокруг падает ещё ниже, когда из полумрака выступает высокая эльфийка.

Сильвана Ветрокрылая.

Некогда великая Предводительница следопытов превращена в кошмарную насмешку над жизнью. Её изящная броня изорвана и залита чёрной кровью. Кожа приобрела мертвенный пепельно-синий оттенок. А на животе пульсирует сочащаяся рана от клинка Артаса. В глазах больше нет зрачков — лишь полыхающее багровое пламя банши.

Этот холод… он вымораживает самую душу. Мой народ вырезан, а я заперта в гниющем куске мяса. Будь ты проклят, Артас… Будь проклят ледяной шёпот в моей голове! «Сделай это, — безжалостно приказывает голос Короля-Лича. — Испытай свою новую силу. Вырви его душу, как я вырвал твою…»

Её помертвевшие пальцы медленно поднимаются. Вокруг них начинает клубиться фиолетовая магия тьмы. Сильвана готовится нанести удар. Но вдруг её рука мелко дрожит. Эльфийка судорожно сжимает челюсти. Её лицо искажается от чудовищной внутренней боли — она из последних сил пытается разорвать невидимые цепи в собственном сознании.

— Король-Лич… требует новых солдат, — её голос звучит как жуткое эхо из-под земли. Но сквозь замораживающий холод пробивается предательская дрожь. — Твоя жизнь окончена, смертный. Сейчас моя магия вырвет твою душу, как этот ублюдок вырвал мою…

Смертоносная энергия вспыхивает ярче, заставляя тени плясать. Она заносит руку для ритуала. Но внезапно замирает. В пылающих багровых глазах, сквозь пелену контроля Плети, прорывается невыносимая мука живой эльфийки.

— Vendel’o eranu…* *— жалобно шепчет она на талассийском, хватаясь за пробитый нагрудник.

Но уже в следующий миг вскидывает на пленника полный отчаянной ярости взгляд.

— Скажи мне, кусок мяса, пока я ещё могу сдерживать свою руку! Дай хоть одну причину не делать этого! Почему ты должен жить, пока мы все гнием во тьме?! Отвечай… Или пополнишь ряды его рабов прямо сейчас!