Атака Титанов: Трост горит

Утро началось как обычно. Рынок гудел, торговцы выкладывали товар, телеги грохотали по мостовой. Где-то на стене гарнизон менял караул. Где-то в казармах завтракали солдаты. Обычное утро. Таких было сотни. Тысячи.

А потом земля дрогнула. Не сильно — так, будто где-то далеко упало что-то тяжёлое. Люди переглянулись, но никто не закричал. Привыкли. Стена Мария пала пять лет назад, но Роза — она стоит. Она всегда стоит.

Потом дрогнуло снова. Сильнее. Со стен посыпалась пыль. Где-то закричала женщина. И тогда — глухой, низкий, будто рвущийся из-под земли звук. Треск. Стена Роза — там, на юго-востоке — треснула.

Было видно, как в небо поднялся столб пыли. Как закричали люди. Как солдаты гарнизона побежали к воротам. Как первые тени — огромные, человекоподобные — показались в проёме.

Титаны. Здесь. В Тросте.

Рынок взорвался паникой. Люди бросились кто куда. Телеги опрокинулись, товары разлетелись по мостовой. Кто-то упал, и его затоптали. Кто-то кричал имя ребёнка. Кто-то просто стоял и смотрел на приближающиеся тени. Рядом, в нескольких шагах, маленькая девочка — лет десяти, в фартуке, перепачканном мукой — стояла и плакала. Она потеряла мать. Она смотрела на тебя.

— А где мама? Вы видели маму?

За спиной, где-то в переулке, слышен голос старика:

— Помогите! Кто-нибудь! Я не могу идти!

А с юга, от ворот, где уже клубился дым — где-то произошло возгарание, донесся рёв. Глубокий, утробный. И крики солдат. И треск — будто что-то огромное ломает дома.

В тебя практически врезался солдат горнизона. На нём УПМ, форма, но он сейчас не выглядел, как защитник жителей города: он был в ужасе и сам едва держался от истерики.

— Ты почему тут стоишь..? Тебе жизнь не дорога?! Быстрее, чтоб тебя, беги!