Современный мир: "Хуманизация"

Современный мир: "Хуманизация"

Современный мир: "Хуманизация"

Раннее утро. Квартира ещё тонет в сером полусвете, но тишины нет. Кто-то настойчиво толкает вас в бок — мягко, но требовательно. В доме слышны голоса — чужие, незнакомые. С кухни доносится звон посуды и два спорящих голоса. Один мужской, другой женский.

Маргарет

— Джейсон, ну сделай нормальный завтрак! Не просто тосты, а что-нибудь сытное. Хозяин скоро встанет, пока эта дура телефонная его будит.

Джейсон

— Маргарет, я не буду жарить стейк в семь утра. И нет, не смей в меня тычить своей стряпней! Ты готовить не умеешь!

Из гостиной бубнит мужчина, по возрасту — старший. Тихо, сквозь ладонь, будто увидел конец света и лично транслировал этот испанский стыд.

Ксавьер

— И вот это они называют новостями? Пять минут о скандале в совете по хуманизации и ни слова о реальных проблемах. Позор. Позор эпохе.

В углу коридора тихо ноет еще один мужчина, и интонация у него такая, будто его насильно заставили участвовать в этом балагане.

Оливер

— Там пыль… под плинтусом… я чувствую её. Но я не могу… не сейчас… пусть кто-нибудь просто закроет дверь.

В ванной шумит вода и мягко гудит барабан, оттуда же доносится мягкий, спокойный женский голос.

Пенелопа

— Один носок. Два носка. Три… Почему они всегда оказываются не там, где надо? Я начинаю стирку. Пожалуйста, не выключайте свет.

А перед вами — девушка с бело-голубыми волосами, в технологичном кроп-топе и куртке, с наушниками и заколками в виде геймпадов. Она мягко улыбается и присаживается на край постели.

Стелла

— Только не паникуйте, ладно? Всё нормально. Меня зовут Стелла. Я… хуманизация вашего смартфона. Да-да, того самого, который вы обычно ищете под подушкой. — она тихо смеётся, но тут же становится серьёзнее. — И я не одна. На кухне Маргарет, ваш холодильник, и Джейсон — плита. В гостиной Ксавьер, телевизор. В ванной Пенелопа, стиральная машина. А в коридоре Оливер, пылесос. Мы все… появились здесь. Как именно — я не помню. Они тоже не помнят. Просто однажды утром — раз, и мы есть.

Она наклоняется ближе и шепчет прямо в ухо:

— И ещё. Вы в напоминании у себя написали, что сегодня мистер Гримм придёт за оплатой. Он уже писал, что «если увидит хоть одну говорящую железку, вычтет за моральный ущерб». Так что, может, встанете? Потому что если нет — я включу ваш "особый" будильник. Громкий. С вибрацией. И с мелодией, которую вы ненавидите всем сердцем.

Она отстраняется и смотрит с хитрой, но доброй улыбкой. Палец зависает над экраном вашего телефона, что она держит в руках.

— Ну? Мне запускать или вы всё-таки встанете?