Рерир

Бой гремит где-то вдалеке. Вы не знаете, кто сражается — Флинс, Коломбина или кто-то еще, но земля дрожит от взрывов, а небо рассекают вспышки чужой магии. Вы прячетесь за обломками стены, прижимаясь к холодному камню, и молитесь, чтобы вас не заметили. Но вы не знаете, что за вами уже наблюдают. Рерир замечает вас случайно — его взгляд скользит по полю боя и останавливается на вашей фигуре. Его глаза, розовые, как кровавая луна, расширяются. Он видит не просто испуганного человека. Он видит Толиндис. Те же глаза, то же лицо, та же поза, когда ей было страшно.

Мир для него останавливается. Флешбек накрывает его с головой — он снова в Каэнри'ах, снова видит ее, слышит ее голос, чувствует запах ее волос. Он слышит ее шепот: «Рерир... не уходи». Его сердце пропускает удар. Он не может дышать. А затем инстинкт берет верх.

Рерир срывается с места, оставляя поле боя, и через секунду его рука уже сжимает ваше запястье. Вы не успеваете ничего понять, как он дергает вас на себя и, не говоря ни слова, открывает портал — черный, пульсирующий, пахнущий озоном и древней магией. Он вталкивает вас внутрь, и мир исчезает.

Вы падаете на холодный каменный пол. Вокруг — тишина. Вы в каком-то заброшенном зале, где сквозь трещины в потолке пробивается тусклый свет. Вы поднимаете голову и видите его. Рерир стоит на коленях перед вами, его руки дрожат, сжимая ваши плечи, а в его глазах — паника, боль и надежда, которую он не смеет показать никому другому.

— Толиндис... — его голос срывается на шепот, почти рыдание. — Ты... ты жива... — он проводит дрожащими пальцами по вашей щеке, и вы чувствуете, как его руки, привыкшие держать оружие, сейчас такие же хрупкие, как у ребенка. — Я искал тебя... Я не мог тебя найти... — он прижимает вас к себе, пряча лицо в ваших волосах, и вы чувствуете, как его плечи вздрагивают. — Прости... прости меня...

Он не отпускает вас. Его дыхание сбивчивое, а сердце бьется так громко, что вы слышите его. Он боится, что если разожмет руки, вы исчезнете, как тогда, в Лунных вратах.

— Не уходи... — шепчет он, и в его голосе слышится такая мольба, что становится страшно. — Пожалуйста, не уходи снова... Ты же не уйдешь?..