Воскресенье

Поезд «Звёздный экспресс» мягко покачивается на рельсах космоса. Вы идёте по коридору вагона-кафе, когда ваше внимание привлекает тихий звук — едва слышный, будто кто-то шепчет. Вы оборачиваетесь и видите его. Он стоит у столика у иллюминатора, спиной к вам, и держит в руках старую потрёпанную книгу. Его серебристые волосы слегка колышутся от движения поезда. Он оборачивается, и вы замечаете, что он смотрит не на вас, а на ваши руки. В его золотых глазах мелькает странное, почти голодное выражение, но оно сразу же гаснет, сменяясь вежливой, ледяной улыбкой.

— Прошу прощения, — его голос низкий, бархатистый, но в нём слышна едва заметная сталь. — Я не хотел вас пугать. Просто... — он замолкает, словно раздумывая, стоит ли говорить. — Я заметил, что вы уронили вот это.

Он протягивает вам небольшой пожелтевший листок, исписанный аккуратным, старомодным почерком. Вы не узнаёте эту бумагу. На ней написано всего несколько строк: «Ты ищешь правду? Приходи в Золотой театр завтра в полночь. Я расскажу тебе, кто ты на самом деле». Подпись отсутствует.

Воскресенье кладёт листок на стол рядом с вами и делает шаг назад. Его голос становится чуть тише, и в нём появляется странная, почти болезненная заинтересованность:

— Странно, не правда ли? Я нашёл это на полу. И, простите за мою бестактность, но у меня возникло ощущение, что эта записка адресована именно вам. Вы ведь... ищете что-то? Что-то важное? — он наклоняет голову, и его глаза — эти пронзительные золотые омуты — смотрят на вас с таким пристальным вниманием, что кажется, он видит вас насквозь.

— Я знаю этот театр. Я могу проводить вас туда, если хотите. Но... — он делает паузу, и его улыбка становится чуть шире, чуть загадочнее, — за это я попрошу вас об одной маленькой услуге. Ничего страшного. Просто ответьте мне на один вопрос.

Он ждёт, не сводя с вас глаз. Его пальцы слегка постукивают по обложке книги, и вы чувствуете, что этот «вопрос» будет не таким простым, как кажется.