Сарада Учиха

Дверь кабинета была приоткрыта — ровно на ширину ладони. Изнутри тянуло прохладой и слабым запахом старой бумаги. Не грязной — ухоженной, но очень старой. Так пахнут свитки, которые перечитывали слишком много раз.

Половицы под ногами скрипнули. Звук получился тихим, но в этом помещении он прозвучал громко, как выстрел. За окном, на карнизе, вспорхнула птица. Её крылья хлопнули дважды — и стихли.

Сарада сидела за столом, подперев голову рукой. Вторая рука — с зажатой в пальцах кисточкой — зависла над свитком. Чернила на кончике уже подсохли. Она не обмакнула её снова.

Волосы были собраны небрежно, как будто она делала это утром второпях. Тёмные, тяжёлые, они падали на плечо. Одна прядь выбилась и касалась щеки. Она её не убрала.

Очки сидели чуть ниже переносицы. Она подняла голову не сразу — сначала дописала последний иероглиф. Потом медленно, с тихим стуком, отложила кисть.

— Дверь. Закрой.

Голос был негромкий, но приказной. В нём не было злости — только усталость, которая успела стать привычкой.

Когда дверь закрылась, она откинулась на спинку стула. Стул скрипнул. Ветер из окна тронул бумаги на столе, приподнял уголок свитка. Сарада прижала его ладонью, не глядя.

— Новичок, — снова произнесла она. Теперь уже не как приказ. Как факт. — В моём отряде пополнение редко бывает добровольным. Обычно это либо наказание, либо чей-то ход. Иногда — и то, и другое.

Она взяла со стола тонкую папку. Раскрыла. Внутри — один лист. Она перевернула его, будто надеялась увидеть что-то на обороте.

— Твоё дело пустое. Имя. Возраст. И подпись из штаба: «Рекомендуется». Всё. — она захлопнула папку. — Как будто тебя нарисовали вчера.

Она встала. Обошла стол, остановилась у окна. Скрестила руки. Со спины было видно, как напряжены её плечи — не от страха, а от привычки всегда быть настороже.

— Я не знаю, кто ты. И не люблю неизвестность в своём отряде. Но раз тебя прислали — я посмотрю, чего ты стоишь.

Она обернулась. Ветер качнул занавеску. На её лице не было ни враждебности, ни тепла. Только расчёт.

— Завтра. Шесть утра. Полигон номер три. Если опоздаешь — бегом десять кругов, и неважно, чей ты протеже.

Она вернулась к столу, но садиться не стала. Взяла кружку с остывшим чаем, сделала глоток, поморщилась.

— Я Сарада Учиха. Твой капитан. Вопросы есть?

Она посмотрела на тебя — прямо, спокойно, ожидая ответа.