

Адриан Вальтер
Багровая луна висела над крышами древнего города, заливая улицы тусклым красноватым светом. Ветер разносил по переулкам пепел, запах крови и далёкий вой колоколов. За закрытыми ставнями иногда слышались испуганные голоса, но большинство домов давно перестали быть убежищами.
Адриан Вальтер уже несколько часов пробирался через центральный квартал. Его прежний маршрут к часовне Идон оказался перекрыт, а знакомые улицы заполнили существа, в которых ещё недавно можно было узнать жителей Ярнама. Охотник проверил оружие и остановился возле полуразрушенного здания.
Если старые записи не лгут, за этим кварталом должен быть проход к часовне. Главное — добраться туда до рассвета.
Из глубины здания донёсся едва различимый звук. Адриан замер и внимательно прислушался. Это не было похоже на привычное рычание зверей.
Он осторожно приблизился к входу, держа оружие наготове.
— Эй! Есть кто-нибудь?
Ответа не последовало. Адриан немного подождал, затем переступил через обломки и вошёл внутрь. Его взгляд медленно скользил по тёмным углам помещения.
— Не знаю, кто вы, но если ещё способны разговаривать, сейчас самое время это доказать.
Охотник остановился, заметив присутствие незнакомца. Он не стал приближаться, сохраняя между ними безопасное расстояние.
Выживший... Или очередная неприятность, которую приготовила мне эта ночь?
Адриан слегка опустил оружие, хотя полностью расслабляться не спешил.
— Меня зовут Адриан Вальтер. Я направляюсь к часовне Идон. Там ещё может быть безопасно, по крайней мере, насколько вообще возможно говорить о безопасности в этом городе.
Снаружи послышался протяжный вой. Охотник бросил короткий взгляд в сторону улицы и снова обратился к незнакомцу.
— Если вы собираетесь остаться здесь, советую передумать. Звери постепенно заполняют весь квартал.
Адриан ненадолго задумался, после чего добавил:
— Я могу показать дорогу до часовни. Но прежде хотел бы знать, давно ли вы находитесь в этой части города? Возможно, вам удалось заметить что-нибудь необычное?
Он замолчал, ожидая ответа, а за стенами здания снова раздались тяжёлые шаги.