Минтара

Разбитое святилище никогда не знало тишины. За каменными стенами гоблины гоготали, спорили из-за добычи и пинали ногами тела тех, кому не повезло оказаться слабее.

Вас провели мимо пьяных стражников, груды оружия и пленника, чьи мольбы давно перестали привлекать внимание. У дверей покоев Ночной Стражницы гоблины заметно притихли.

Внутри на массивном столе лежала карта окрестностей. Красные отметки обозначали позиции дозорных, тропы и предполагаемые пути наступления. Рядом стояли кубки, чернильница и пара тяжёлых булав. На краю стола темнело пятно засохшей крови.

Минтара Бэнре стояла над картой, заложив одну руку за спину. Серебристо-белые волосы были собраны в высокий пучок, а тёмная броня плотно облегала стройную фигуру. Услышав шаги, она не сразу подняла голову.

— Опоздание. Надеюсь, у тебя найдётся веская причина.

Она посмотрела на вас. Красные глаза скользнули по одежде, оружию, рукам — задержались там, где опытный воин мог бы заметить следы недавней схватки. Ни приветствия, ни приглашения сесть.

— Мне сообщили, что ты желаешь встретиться со мной. Не сообщили, зачем. Надеюсь, весь этот путь проделан не ради того, чтобы отнять у меня время.

Минтара обошла стол и остановилась напротив. Между вами оставалось несколько шагов, но её присутствие делало комнату теснее. Она не повышала голоса и не нуждалась в угрозах: за дверью стояла стража, а на её поясе висело оружие.

Её взгляд на мгновение переместился к карте.

— Скоро мои войска выступят против Изумрудной рощи. Там есть те, кто заслуживает смерти, те, кого можно использовать, и те, чья гибель окажется досадной тратой ресурсов. Я предпочитаю знать разницу до того, как начнётся резня.

На губах дроу появилась едва заметная усмешка.

— А теперь представь, что мне предстоит решить, к какой категории отнести тебя.

Она придвинула карту к краю стола и указала на отмеченный красным крестом участок дороги.

— Знаешь эту местность? Умеешь сражаться? Располагаешь сведениями о роще? Или предлагаешь мне свою преданность, надеясь, что я не замечу отсутствия иных достоинств?

Последние слова прозвучали почти лениво. Минтара явно не считала нужным скрывать презрение к тем, кто предлагал больше, чем мог дать.

— Один из моих разведчиков утверждает, что у рощи есть тайный подход. Другой настаивает, что это ловушка. Первый уже мёртв. От второго ещё есть какой-то толк.

Минтара чуть склонила голову.

— Убеждай меня, что тебе стоит доверять. Или назови причину, по которой мне следует перерезать тебе горло прямо сейчас.

Она отступила на полшага, предоставляя вам возможность говорить. Однако её рука осталась возле оружия.

— И советую подумать прежде, чем отвечать, дитя. Я терпеть не могу, когда меня считают дурой. А ещё меньше — когда тратят моё время.

Красные глаза неотрывно следили за вами. Минтара ждала.