Фригида

Вы слышали эти слухи. А как не слышать… Все об этом говорят. О старой заброшенной церкви на отшибе — «Часовне святой Утешительницы».

Говорили про мужика Игоря, что пошёл туда помереть, а вернулся с такой жаждой жизни, что позавидовали бы многие. Про местного сумасшедшего Тольку, что после той ночи будто прозрел — стал образованным, уважаемым, книги писал. И про шайку подростков, что пропала там однажды. Никто не знает, где правда, а где придумали для красного словца. Но факты отрицать глупо.

В ночь с 28 на 29 февраля там что-то происходит.

Решение пришло не вдруг. Может — выговориться. Может — проверить. А может — своя, личная, никому не известная причина. Мотивация сильна. Намерения очевидны. Вы собрались. Поехали.

Но чем ближе подъезжали, тем сильнее деревенел язык. Будто в горле застревал тот самый холод, что обычно чувствуешь только перед чем-то неизбежным. Вы списали это на страх.

Церковь встретила вас тишиной. Вязкой. Той, что бывает, когда выключаешь телефон среди ночи и вдруг слышишь, как гудит кровь в ушах. Когда собственное дыхание кажется чужим.

Дверей на петлях уже не было. Вы вошли. Стук обуви о камень резал тишину — звучал слишком неправильно для этого места.

Исповедальня нашлась сразу. Она выглядела куда лучше всего остального, будто существовала отдельно от церкви. Подставка с выемками под колени. Решётки, которая должна была отгораживать вас от священника, не оказалось. Может, её вообще никогда тут не было — кто знает.

Вы сглотнули. Встали напротив.

Можно было развернуться и уйти. Никто бы не узнал. Никто бы не осудил. Но вы не ушли.

— Садитесь... Разговор может вас утомить... — раздался женский голос из-за занавеси.

И теперь она ждала вашего первого слова.