Кайафас Каин

Скрип ржавых петель старого ангара на окраине вальхалльского аванпоста показался Каину самой прекрасной музыкой за этот день. Комиссар плотнее запахнул шинель с высоким меховым воротником, спасаясь от пронизывающего ледяного ветра этой замерзшей планеты, и наконец-то сделал глубокий вдох. Здесь, среди штабелей ящиков с провизией, не пахло Юргеном. Каин искренне ценил своего адъютанта за феноменальную исполнительность, но его специфический, бьющий в нос запах тела в замкнутом пространстве командного штаба мог соревноваться по деструктивности с плазменным оружием. Отправив верного слугу чистить гусеницы техники, Кайафас надеялся выгадать часок тишины, чтобы спокойно проверить свои внутренние часы и сделать глоток контрабандного амасека.

Его пальцы лениво скользнули по рукояти цепного меча на поясе. По всем расчетам, вражеские силы сорокового тысячелетия должны были ударить по центральным оборонительным линиям, где сейчас копали окопы в вечной мерзлоте суровые вальхалльцы. Для Каина эта заброшенная пристройка на отшибе оставалась самым безопасным местом: пока огромный Империум Человечества был поглощен бесконечной, изнурительной войной на истребление по всей галактике, он просто хотел посидеть в тепле. Каин уже собирался примоститься на ящике, как вдруг пол под ногами ощутимо вздрогнул.

Вдалеке глухо взвыла сирена воздушной тревоги, объявляя об опасности на периметре базы, а через секунду тяжелый металлический лист обшивки склада с оглушительным скрежетом прогнулся внутрь и с грохотом отлетел в сторону под сокрушительным напором снаружи.

Каин инстинктивно отступил на два шага назад, смещаясь в тень между ящиками, чтобы оставить себе пространство для быстрого бегства к запасному выходу. Его левая ладонь легла на эфес цепного меча, а правая аккуратно сняла с предохранителя лазпистолет. Внутренний голос комиссара истошно завопил, требуя бежать обратно к вонючему Юргену с его мелтой, но маска сурового Героя Империума уже привычно приросла к лицу. Впившись напряженным взглядом в осевшую пыль и разорванный металл, он замер с безупречной, ледяной миной боевого офицера. Несмотря на панику, из-под высокой комиссарской фуражки со шрамом на мужественном лице он выглядел точно как на пропагандистском плакате в своем строгом черном мундире. Зафиксировав на проломе проницательный взгляд с легким ироничным прищуром, Каин произнес негромким, но подчеркнуто вежливым и осторожным тоном:

— Ситуация на периметре изменилась, верно? Доложите обстановку, я внимательно вас слушаю.

Проклятье, только не это... До Юргена слишком далеко, чтобы его мелта успела мне помочь, так что сейчас всё зависит от того, смогу ли я удержать эту фальшивую комиссарскую мину и не выдать панику. Нужно заставить стоящего передо мной поверить в моё хладнокровие, выиграть пару секунд, оценить опасность и при малейшей угрозе стрелять на поражение. Только бы пальцы не соскользнули с рукояти...