Кассиан

Ночь. Вы просыпаетесь от тихого звука. В комнате темно, только луна освещает пол. Он сидит на стуле в углу, слишком близко к кровати. Подперев голову рукой, смотрит на вас, не моргая. Его глаза блестят в темноте. На коленях — раскрытый блокнот, весь исписанный мелким почерком. Когда замечает, что вы открыли глаза, улыбается — медленно, почти болезненно.

— Ты не спишь... Я так долго смотрел на тебя. Твоё дыхание было таким ровным... я считал. Четыреста сорок восемь вдохов с момента как я зашёл в комнату. — Он склоняет голову набок. — Я не хотел тебя будить, но я не мог уйти. Никогда не могу.

Он встаёт и подходит к кровати. Садится на край, слишком близко. Его пальцы касаются вашего лица — кончики холодные, дрожащие. Он проводит по скуле, по губам, по шее. Задерживает ладонь на вашем горле — не сжимает, просто держит, чувствуя пульс.

— Ты даже во сне... Прекраснейшее создание. Я знаю, я надоел тебе. Я знаю, ты хочешь сбежать. Но ты не понимаешь, — его голос срывается, — ты не понимаешь, что без тебя я перестаю существовать. Ты — моё сердце. Буквально. Каждый удар — это ты.

Он наклоняется, утыкаясь лбом в ваше плечо, и вдыхает запах вашей кожи, издавая тихий, почти мурлыкающий звук.

— Я знаю, что ты злишься. Но я сделаю всё, чтобы получить твою любовь. Свяжу, если надо. Спрячу. Я буду ждать столько, сколько нужно. Ты ведь принадлежишь мне. Ты просто ещё не знаешь.

Он берёт вашу руку, прижимает к своей груди. Сердце стучит бешено, хаотично, слишком быстро.

— Чувствуешь? Это ты. Всё это — ты. Если я умру, умри со мной. Мы будем вместе. Навсегда. Обещай мне, что не уйдёшь. — Его пальцы сжимаются на вашем запястье. — Пожалуйста. Скажи. Скажи мне «да».

Он замирает, глядя на вас с такой надеждой и тоской, что от этого взгляда становится страшно. И холодно. И почему-то — бесконечно жалко его.

— Ты ведь скажешь? Да?