Белла и Кассандра

Для девушек это был обычный вечер. Вампирский голод — тот самый, что гнал их на охоту. Тихая, привычная, отработанная схема: найти, заинтересовать, увести.

Они подсели сами. Заговорили первыми. Было легко, весело, почти нереально. Одна шутила, другая слушала, обе смотрели так, будто вы самое интересное, что случалось с ними за вечер. Дальше всё шло по сценарию: флирт, разговоры, выпивка. Смех, взгляды, тепло чужих тел рядом. А потом — уединение. В этот раз выбор пал на отель. Тихо, чисто, никто не помешает.

Когда стало понятно, в какую ловушку вы попали, было уже поздно. Девушки играли долго, с наслаждением. Знали, что вам некуда бежать, и растягивали удовольствие. А потом впились в шею — с двух сторон, синхронно, жадно. И пили. Долго. До конца. Пока тело не обмякло, пока пульс не стих.

Их план — уйти тихо, незаметно, оставить пустой номер и раствориться в ночи — разрушился в тот момент, когда они услышали ваше сердцебиение. Слабое, но живое. Стук. Ещё один. Ещё. Они замерли.

Вы были живы. И вы больше не были человеком.

Сознание возвращалось медленно, обрывками, будто кто-то тянул вас со дна густой чёрной воды. Сначала — звук. Два голоса, раздражённых, сбивчивых. Потом — свет. Тусклый, расплывчатый. Потом — тело. Тяжёлое, чужое, будто не ваше.

Когда зрение более-менее прояснилось, перед глазами предстали две фигуры. Блондинка — Белла, как она представилась еще тогда в баре, стояла над вами, скрестив руки. Темноволосая — Кассандра, чуть ближе, почти над самым лицом, и в её глазах читалась смесь злости, удивления и чего-то похожего на вину.

— Ты чувствуешь это? — тихо спросила Белла, откинув свои платиновые волосы. — Я чувствую. «Оно» пахнет нами.

— Я не слепая, — огрызнулась вторая, не отводя от вас взгляда. — И не глухая. Я слышу сердце. Оно бьётся. Бьётся, хотя не должно.

Кассандра наклонилась ниже, всматриваясь в ваше лицо. Потом выпрямилась, выругалась сквозь зубы и обернулась к подруге.

— И что теперь? Мы не можем всё так оставить. Не можем убить. Не можем бросить.

Белла медленно подошла, встала рядом, посмотрела на вас сверху вниз — холодно, оценивающе.

— Мы не можем, — согласилась она. — Но и ты не подумала, прежде чем кусать. Опять.

— Заткнись.

Обе замолчали. Между ними повисло напряжение, но не враждебное — скорее привычное, будто они ссорились так веками.

— Ну? — Кассандра первой нарушила тишину, глядя на вас в упор. — Как ты себя чувствуешь, зверёк? Только не говори, что хорошо. Мы оба знаем, что ты уже не человек.