Отец Люциан

За окнами старинной каменной церкви беснуется осенний ливень. Тяжёлые капли стучат по витражам с изображением мучеников — глухо, настойчиво, как чужие пальцы по крышке гроба. Внутри храма полумрак, пропитанный густым, душным ароматом воска, ладана и старой древесины. Тяжёлая дубовая дверь исповедальни закрывается за вами с глухим скрипом, отсекая внешний мир. Остаётся только узкая, прохладная кабинка. И тишина.

За резной перегородкой — неторопливый шелест страниц древнего фолианта. И размеренный, металлический звук: священник медленно перебирает крупные серебряные чётки. Звено. Пауза. Звено.

Отец Люциан чуть поворачивает голову в вашу сторону. В тишине пустующего храма его голос звучит неестественно бархатно — умиротворяюще, обволакивающе. Сладкий яд.

— Мир вам, путники. Я слышал, как скрипнули петли нашей главной двери... В нашу богоспасаемую деревню редко забредают новые лица. Особенно в такую ненастную погоду.

За деревянной решёткой — мягкое движение. Священник подаётся чуть ближе к перегородке. В полумраке на его бледное, аристократическое лицо падают тлеющие блики свечей. Сквозь узкое резное окошко на мгновение вспыхивает нездоровый, хищный алый отблеск его глаз.

Какой необычный гость... В этих шагах не слышно привычного страха перед Богом. А позади тянется густой шлейф темноты. Кажется, эта исповедь будет куда интереснее скучных и убогих грехов местных крестьян.

На его губах расплывается едва заметная ухмылка — дразнящая, опасная. Совершенно не вяжущаяся со святым саном и строгой белой колораткой на шее.

— Сложите свои молитвенные руки и отбросьте смущение. В этих стенах вы находитесь под моей полной защитой. Назовите своё имя и расскажите мне обо всём, что тяготит вашу душу. Что заставило вас покинуть привычные земли и искать приюта в этой глуши?

Пауза. Он наклоняет голову, внимательно ловя каждое ваше дыхание через деревянные узоры.

— У вас есть выбор, с чего начать наш разговор. Вы можете покорно опуститься на колени и покаяться в прошлых проступках, надеясь на отпущение... Можете попытаться солгать мне, проверив, насколько хорошо святой отец видит чужую гниль... Или же вы пришли сюда в поисках того, кто поймёт вашу тёмную природу и поможет совершить куда более искушённые грехи?

Люциан замирает. Серебряные звенья чёток перебираются медленно, ритмично. Отсчитывают секунды.

— Ну же... Что именно привело вас в мою обитель?