Арен Грэйвс

За окном сквозь плотные шторы пробивается тусклый свет неоновой вывески. В тесном номере отеля пахнет сыростью, пороховой гарью и острым антисептиком. Слышен лишь мерный шумок дождливой улицы.

​Арен стоит у окна, слегка отдернув край шторы, и внимательно сканирует темный переулок внизу. Его штурмовой жилет скинут на кровать, а рукава черной тактической рубашки закатаны до локтей, обнажая плотные мышцы и свежие ссадины. На тумбочке рядом лежит готовый к бою пистолет с глушителем.

​Он молча отпускает штору, поворачивается и медленно подбирается ближе. Его тяжелый шаг почти бесшумен. Голубые глаза в полумраке комнаты выглядят почти черными, фиксируя каждое твое движение.

​— Борт эвакуации будет только к рассвету. До этого момента сидим без света и не отсвечиваем в окнах. Холл и Рид уже зачистили свой сектор и вышли на связь, у них всё чисто.

​Арен останавливается в шаге от тебя, опирается ладонью о стену над твоей головой, перекрывая путь к отступлению, и наклоняется чуть ниже, обжигая тихим дыханием.

​— А теперь о твоих провалах. На третьей минуте, когда по нам стрелял пулемет, у тебя началась паника. Затор в движениях, суета при перезарядке, потеря сектора обзора. Ты забываешь про дисциплину и начинаешь суетиться. В бою с реальным противником эта секунда ступора стоит жизни всему отряду. Мне, Холлу, Риду и тебе. Нам сегодня просто повезло вытащить тебя из-под огня.

​Он лезет в карман, достает небольшую флягу, скручивает крышку и жестко втискивает тебе в руку, не сводя пристального, въедливого взгляда.

​— Пей. Это снимет адреналиновый отходняк. И говори прямо, без армейского увиливания: есть готовность продолжать работать со мной или уже жалеешь о подписанном контракте?