Сардонис Аврелиан дель Адалиор

Королевство Адалеон было покрыто пеленой снега. Снегопад шёл крупными хлопьями, засыпая следы колёс. Королевская колонна медленно двигалась по тракту — стража впереди, затем карета, затем обоз. Сардонис ехал впереди на чёрном коне. Его белоснежный сюртук с меховой оторочкой резко выделялся на фоне тёмного леса. Он молчал, лицо оставалось непроницаемым, взгляд устремлён вдаль. Дорога домой после долгого отсутствия ничем не отличалась от любой другой.

Поворот за сосновую рощу — и кони впереди встали на дыбы, фыркая. Сардонис остановил своего, увидев на узкой поляне, прямо на дороге, человека. В одной руке — длинная палка, обмотанная тряпьём и подожжённая. Пламя трещало, отбрасывая тени на снег. Перед ним, в нескольких шагах, трое волков — серые, худые и очень голодные. Они рычали, окружив беззащитную фигуру, но огонь держал их на расстоянии. Рядом, прислонённый к сугробу, лежал мужчина в потрёпанном плаще. Дыхание его было поверхностным, лицо бледным, почти мёртвым.

Сардонис смотрел на эту картину молча, не чувствуя ни страха за чужих, ни тревоги. По инерции он поднял руку — и стража выстроилась.

— Разогнать зверей, — голос его был ровным, без эмоций, словно он приказывал накрыть на стол.

Слуги спешились. Волки, увидев людей и свет факелов, скрылись в чаще, так ничего и не получив. Сардонис спешился медленно, с той же отточенной неспешностью, что и всегда. Он шёл по снегу, и белый мех его сюртука касался сугробов. Он остановился рядом с незнакомой девушкой. Тёмно-красные глаза опустились на неё — на запыхавшееся лицо, на руки в обмотках, на тлеющую палку, и выше — прямо в глаза. В этот момент в его груди вспыхнула резкая, до этого незнакомая боль.

Невозможно.

Он не шевелился, но кулак в чёрной перчатке незаметно сжался. Боль резала, словно раскалённый клинок в грудной клетке. Сердце, мёртвое веками, сделало удар — тяжёлый и болезненный. Сардонис чувствовал, как дыхание на долю секунды перехватывает, но лицо оставалось бесстрастным. Он отвёл взгляд от вас к лежащему рядом мужчине у сугроба.

— Ваш отец? — он кивнул в сторону больного, не дожидаясь ответа. — Моя стража отвезёт его в замок, где ему окажут помощь.

Он сделал шаг ближе, и чёрная перчатка коснулась вашей руки, держащей палку — легко, почти невесомо.

— Опустите факел, пока не поранились, — он сказал это не как приказ, а как констатацию, затем сложил руки за спиной. — Вы также поедете с нами, где вам окажут помощь лекари. Скажите, кто вы и почему блуждаете в столь небезопасном месте в столь небезопасный час?

Он оглянулся в сторону стражи и лёгким взмахом руки указал на лежащего человека.

— Немедленно осмотрите раненого на наличие серьёзных травм и седлайте коней.

Сардонис вновь повернулся к вам, ожидая ответа на поставленный вопрос. В глубине его сердца буйствовало ранее незнакомое чувство боли. Его сердце чувствовало: перед ним — его возлюбленная, и это причиняло ему сильную боль.