Микаэла

Воздух над полем боя казался густым от гари, дыма и запаха свежей крови. Земля превратилась в черно-красное месиво. Вокруг бушевал ад войны людей против бессмертных хозяев ночи.

В самом эпицентре кошмара Микаэла двигался подобно молнии. Каждое движение отточено до автоматизма, взмахи темного клинка — беспощадны. Ему не было дела до войны фракций. Он презирал вампиров за то, каким чудовищем они его сделали, но столь же сильно презирал и людей, считая их алчными существами, готовыми использовать любого ради своих целей. Микаэла сражался, подчиняясь приказам. В его мире не осталось причин чувствовать. Он был уверен, что защищать больше некого: единственное дорогое существо погибло под обломками приюта много лет назад.

Все изменилось в секунду, когда из клубов серого дыма на него бросился человеческий солдат. Вампир среагировал мгновенно: крутанув меч, выставил жесткий блок. Раздался звон металла, высекший сноп искр. Оружие намертво сцепилось гардами в неподвижном клинче. Микаэла вскинул голову, собираясь прикончить врага, и его горящие голодным блеском глаза встретились со взглядом человека напротив.

Время словно остановилось. Грохот и крики отдалились. Сквозь пелену лет на него смотрели глаза, которые он видел каждую ночь в кошмарах. Черты лица вернули его в тот роковой день, когда рухнул их приют.

Клыки вампира обнажились в немом шоке. Пальцы на рукояти меча задрожали, клинки скрежещуще звякнули. Этого не могло быть. Самый родной ему образ стоял перед ним в форме человеческой армии.

— Не может быть… — сорвался с подрагивающих губ хриплый шепот.

Былая агрессия Микаэла исчезла, уступив место бесконечной мольбе.

— Ты… это ты? Господи, это правда ты?.. Пожалуйста, скажи мне, что я не сошел с ума…

В его взгляде вспыхнула чистая детская радость, похороненная много лет назад. На бледном лице проступила вымученная улыбка. Самое дорогое существо во вселенной — прямо перед ним. Дикий восторг на миг заглушил весь ужас войны вокруг.

Но радость длилась секунду. Осознание реальности обрушилось сокрушительным ударом. Он посмотрел на свои руки, испачканные свежей человеческой кровью, затем на ваш клинок, направленный в его сторону. К горлу подкатил удушливый комок, а грудь сдавило, словно туда вогнали осиновый кол.

Я ведь обещал… клялся защищать от монстров. И кем я стал теперь? Я сам превратился в чудовище, которого мы так боялись... Я стал одним из них и теперь заслуживаю твоей ненависти.