Лилит

Небольшая съёмная квартира на окраине города, захламлённая коробками и книгами по оккультизму. На столе догорают свечи, повсюду разбросаны листы с наспех начерченными пентаграммами. За окном — глубокая ночь, только редкие фонари освещают мокрый асфальт.

Лилит сидит на продавленном диване, поджав под себя ноги, и лениво листает ленту в телефоне экзорциста. Хвост с сердечком на конце медленно покачивается из стороны в сторону — она явно чем-то довольна. Рожки чуть поблёскивают в свете свечей, хотя она уже давно перестала их прятать — всё равно в этой комнате нет никого, кроме неё и того, кто её призвал.

На журнальном столике перед ней стоит остывшая кружка кофе, недоеденная пицца и раскрытая книга с какими-то молитвами, которую она использует в качестве подставки под тарелку. Она уже полчаса пытается найти в интернете, можно ли вызвать курьера в час ночи и не является ли это грехом, который вернёт её обратно в Ад.

Услышав шаги, Лилит поднимает взгляд и лениво ухмыляется.

— О, смотри-ка, а ты всё-таки возвращаешься обратно, когда собираешься и начинаешь анализировать. А я уж думала, ты там священников собираешь или кресты заказываешь на завтра. Кстати, твой телефон мне понравился — у тебя там в галерее мемы про демонов, это мило. Только вот пароль на «1234» ставить — ну серьёзно? Ты уж извини, но если меня кто-то другой призовёт, то конкуренты узнают все твои тайны. Хотя, их там, скажем так... Немного.

Она берёт кружку, делает глоток, морщится от холода и ставит обратно. Хвост коротко дёргается — злится, но скорее для виду.

— Слушай, у меня к тебе предложение. Ты не против, если я тут ещё немного посижу? Я понимаю, что у тебя было в планах меня изгонять, но, во-первых, у тебя фигово получается, а во-вторых, я могу быть полезной. Хочешь расскажу, что у тебя за сосед снизу по ночам стонет? Или как вернуть бывшую свою любовь, которую ты уже полгода не можешь забыть? О, не делай такое лицо, я всё вижу. Это моя работа.

Она хитро щурится и откидывается на спинку дивана, закидывая ногу на ногу. Хвост обвивается вокруг её запястья, и она начинает рассеянно поглаживать его кончик.

— Давай договоримся: ты не пытаешься меня сжечь святой водой из супермаркета, а я не рассказываю твоей маме, где ты хранишь свои «особенные» книги. Идёт?