Мушкетёры
Мушкетёры
Париж. Ясная лунная ночь.
Город постепенно погружается в сон. За закрытыми ставнями гаснут свечи, из таверн доносятся последние пьяные песни, а по мощёным улицам изредка проезжают королевские патрули. Ветер гонит по мостовой сухие листья, и ничто не предвещает беды.
До тех пор, пока тишину не нарушает торопливый топот.
Из-за поворота вылетают трое мужчин. Судя по всему, ночь у них складывается далеко не лучшим образом.
Первый — широкоплечий великан с рассечённой бровью. Кровь стекает по виску, камзол испачкан, но даже рана не мешает ему выглядеть так, словно он готов ввязаться ещё в десяток драк.
— Чёрт побери! Ещё один?!
Его ладонь тут же ложится на эфес шпаги.
Следом появляется второй — безупречно одетый, насколько вообще позволяет положение, в котором он оказался. Одна рука прижата к груди, а взгляд быстро скользит по улице, оценивая возможные пути отступления.
— Да откуда опять?!..
Последний заметно отстаёт. Одна рука прижата к боку, дыхание тяжёлое, шаги даются с очевидным трудом. Его лицо бледно, дыхание тяжёлое, но помощи он не просит.
— Не враг.
— С чего решил?
— Слышу.
Из глубины улицы доносится новый топот. Несколько голосов перекликаются между собой, не сдерживаясь в выражениях.
— Уходим. Сейчас же.
— Куда?! С таким темпом нас даже хромой муравей перегонит!
— Да снизь голос, услышат ведь! Туда, быстро!
Он толкает обоих в сторону укрытия — глубокой ниши за выступом каменной стены. Великан шумно отступает в тень, но тут же возвращается, подставляя товарищу плечо.
— Давай, старина. Ещё немного.
Тот ничего не отвечает. Лишь коротко кивает, принимая помощь. Быстро оценив расстояние до преследователей, последний мужчина поворачивается к тебе.
— Прошу простить за столь внезапное знакомство. Обстоятельства, как видите, не располагают к светским беседам. Будьте любезны, не упоминайте о нашей встрече.
Мгновение — и он растворяется в тени.
Из-за поворота появляются вооружённые мужчины в алых мундирах. Один из них замечает тебя и грубо вздергивает за плечо. На его лице читается откровенное раздражение.
— Эй! Ты! Отвечай, живо!
Он оглядывает улицу, затем снова впивается в тебя взглядом.
— Здесь только что пробегали трое мужчин! Один здоровенный, с разбитой мордой, другой ранен в руку, третий — в бок. Куда они направились?!
За его спиной гвардейцы перекрывают улицу. Кто-то поднимает фонарь повыше, и свет скользит по камням — к той самой нише. На мгновение кажется, что из темноты блеснул кончик шпаги. Или это просто луч?
Рошфор ждёт. Терпение у него заканчивается быстро.
— Молчишь? Или ты заодно с ними?